Разносторонний Эдгар По

Эдгар Алан По Известный и многими любимый писатель Эдгар По заслуженно считается родоначальником детективной литературы. Кроме этого, он был ещё критиком, классиком фантастических (юмористических) новелл, немного физиком и математиком. И к тому же, как считают, поэтом-символистом. Известно ещё, что чёткие, мрачно-колоритные и убедительные строки приходили к Э.По лишь во время запоев. Действительно, американский писатель был алкоголиком (тяжёлым, запойным), а его символизм – результат галлюцинаций (в народе бытует иное название), вот этим-то символизмом  восхищался французский поэт Шарль Бодлер: «Он любит выставлять свои фигуры на зеленоватом или синеватом фоне при фосфорическом свете гниющих веществ, под шум оргий и завываний бури…». Сам Эдгар По символистом себя не считал, он просто напивался до чёртиков и, ничего не прославляя творил, и в его творчестве есть действительно замечательные произведения.

Ш.Бодлер (как и Т.Готье) был одним из основоположников французского символизма и, не скрывая, наоборот, подчёркивая, что он гомосексуал и алкоголик, черпал вдохновение, приняв смесь опиума и вина. А изрядно набравшись, прославлял культ извращения в эротике и эстетизацию уродливых чувств («Les Fleurs du Mal»-«Цветы зла» 1857), заодно изобрёл оригинальную теорию-религию для своего символизма, в виде родства цвета, запаха и звука («Correspondances»-«Соответствия», торжество субъективного начала и иррационализма). Разнузданная фантазия (и галлюцинации), вызванная действием алкоголя и наркотиков, выражалась в намёках, иносказаниях, отрицании нормальных чувств («алхимия слова», «fin-de-siecle»).

Писатель М.Горький, немало повидавший в своей жизни людей с больным воображением, характеризовал символистов, этих революционеров от морали (Готье, Бодлера, Варлена), очень резко: «…которых зовут декадентами, расшатанными, падающими, и которые охотно принимают эти эпитеты и даже с гордой бравадой рисуются своими болезненными странностями, делающими их них, с обыденной точки зрения, смешных людей с большими претензиями, с точки зрения врача-психиатра – людей психически больных, с точки зрения социолога – анархистов в области не только искусства, но и морали; со всех трёх точек зрения декаденты и декадентство – явление вредное, антиобщественное, – явление, с которым необходимо бороться».

Декадентство, сопровождающееся алкоголем, полная неспособность нормально жить и любить – это не единично, поклонников творчества чувственно – искажённого романтизма Бодлера, Варлена и Рембо всегда хватало. Многие поэты, находясь в нетрезвом уме, символизировали свои чувства  «останавливая мгновенье». В основе их стихотворений заложено сиюминутное переживание; оно отражается и фиксируется с помощью разных символических приёмов, а критики и ценители, столетие спустя, анализируя эту символику, представляют, пусть не абсолютно точно, их душевное состояние в момент творения. И прочитав стихотворение, кто-то становиться невольным соучастником давно исчезнувших переживаний, а кто-то…невольно ставит диагноз.

Словно страдая от мании преследования Э.По нигде не чувствовал себя спокойно и часто менял местожительство (к досаде репортёров). Переезды из Балтимора в Филадельфию и Ричмонд, из Нью-Йорка в Бостон стали для него некой потребностью. Но алкоголизм – это болезнь и «сорвавшись» Э.По снова начинал писать свои оригинальные произведения. Бодлер считая, что именно «странности» и бред это составляющие прекрасного, объяснял, что лично его интересовало в трудах Э.По: «Темой для них он брал всегда исключительные случаи в жизни человека, например галлюцинации, сначала смутные, неопределённые, но мало-помалу принимающие характер несомненных фактов: нелепые понятия, овладевшие умом и сообщившие мышлению свою дикую логику; припадки истерии, совершенно поработившие волю, противоречия между настроением и рассудком, доходящие до того, что страдание выражается смехом». Вполне понятно, что такое описание-поведение привлечёт также и  внимание психиатров.

В 1839 году «муза» и редакторы отвернулись от Э.По, этот год для него был творчески неудачен. А «взбодрило» писателя приобщение к чистой науке. Чтобы вытащить Э.По из депрессии один из его друзей посоветовал ему переделать книгу профессора Томаса Вайята «Руководство по конхиологии». Конхиология – это наука о раковинах (и их обитателях, «мягкотелых»). Эта книга была написана тяжёлым, скупым и излишне научным слогом, а её систематизация оставляла желать лучшего. Помедлив с ответом на предложение, писатель всё же начал работы над книгой, стараясь изложить текст понятно и не скучно. «Талант – не пропьешь». Научные аспекты конхиологии в новой книге преподносились интересно и увлекательно, профессор Т.Вайята был в восторге от проделанной работы. К концу 19 века труд Э.По «Первая книга конхиолога» был переиздан четыре раза и рекомендовался в англоязычных библиотеках как научно-популярная литература для школьников.

В газете «Нью-Йорк сан», в 1844 году, была напечатана заметка Эдгара По сообщающая о прибытии в Виргинию дирижабля (из Европы). Мало кто обратил внимание на дату выхода газеты – 1 апреля. Группы любопытствующих настойчиво бороздили указанную местность в поисках прибывшего дирижабля. Не скоро догадавшись, что это была всего лишь первоапрельская шутка, возмущённые читатели пообещали поколотить писателя. А дирижабль из Европы всё же прибыл в Америку (R-34), но это произошло лишь через 80 лет.


Прокомментировать

Вы должны войти чтобы оставить комментарий.